Синдром дефицита внимания и гиперактивности (продолжение)

 
Май 6 2015 - 21:50Алтынбаев Зуфар

(Продолжение)

Вернусь к Присутствию – наличию некой третьей силы, которая, исходя из наличия в Природе фундаментальных взаимодействий, становится не такой уж и бредовой идеей. Тем более в научное определение «живой организм» Сеченов И.М. настоятельно требовал включать и окружающую человека среду его проживания. И в этой среде наличие каких-то полевых структур не будет являться невозможным явлением. И такие полевые структуры есть и не только в окружающей человека среде.  В организме происходят триллионы функциональных процессов в секунду и все эти процессы - это нейрогуморальное  возбуждение,  это  перемещение электрического заряда в пространстве и оно рождает электромагнитное поле. Человек, как источник Жизни, соткан из взаимодействий первичной и вторичной информации, обусловленный обменом вещества и энергии.

Как мне кажется, мной были соблюдены все приличия, чтобы мои дальнейшие слова не слишком шокировали Читателя. Опять же скажу,  как мне кажется, ибо по-другому невозможно, одной из  причин СДВГ может являться краткосрочная смерть ребенка в родах. Или же во время родов  в организме ребенка возникают какие-то признаки, которые мозг расценивает их как процесс умирания. И в это время открываются некие порталы обмена информацией между миром живых и умерших. И та полевая структура, которую я выше обозначил как Присутствие, на самом деле энергоинформационная форма умершего родственника. Присутствие этой энергоинформационной структуры в жизненном пространстве организма ребенка влияет на его  внутреннюю динамику психосоматических процессов. Вторичная информация энергоинформационной структуры умершего родственника, влияя  на процессы обмена, создает определенную полевую форму динамики умирания, что влияет на нормальный процесс передачи информации в живом организме ребенка без потерь ее информационного смысла. В присутствии такого агента влияния адекватное восприятие окружающего организм жизненного пространства, а это не только пространство окружающей среды, но и внутреннее пространство живого организма, терпит поражение.

Вот что пишет Карл-Густав Юнг в своих «Психологических комментариях к «Тибетской книге мертвых»: «Книга мёртвых» в высшей степени психологична, в то время как наша философия и богословие до сих пор пребывают на средневековом, допсихологическом уровне, на котором позволяется выслушивать, объяснять, защищать, критиковать и обсуждать только отдельные высказывания, но не лежащие в их основе догмы, выносящиеся за пределы всякого обсуждения.

Вместе с тем понятно, что любые метафизические утверждения — это высказывания души, и, следовательно — психологические высказывания. Европейскому сознанию, компенсирующему своё знаменитое чувство ущемлённости рабской привязанностью к «рациональным» объяснениям, эта очевидная истина кажется или слишком очевидной, или недопустимым отрицанием метафизической «истины». Всякий раз, когда европеец слышит слово «психологический», он воспринимает его как «только психологический». «Душа» кажется ему чем-то ничтожно малым, недостойным внимания, субъективным, сугубо личным и т. д. и т. п., поэтому он предпочитает слово «разум» и любое своё суждение — сколь бы субъективным оно ни было — склонен относить на счёт «разума», подразумевая при этом «Универсальный Разум» и даже «Абсолют».

<…..> Далее в «Книге мёртвых» говорится: «Твоё сознание, сияющее, пустое, неотделимо от Великого Источника Света; оно не рождается и не умирает, оно — Немеркнущий Свет, Будда Амитаба».

Душа (или индивидуальное сознание) не только не ничтожна, но она и есть Сияющее Божество. Запад или считает такое заявление опасным (а то и просто богохульным), или бездумно принимает его, страдая впоследствии от теософской инфляции. В этом вопросе мы всегда умудряемся занять неверную позицию. <…> «Книга мёртвых» говорит о первичности души, что крайне важно, ибо это единственное, в чём жизнь нас не убеждает. Наша жизнь настолько переполнена, вещами, теснящими и подавляющими нас, что, окружённые ими как «данностями», мы не находим времени поразмыслить: кем же они «даны»?»

В своих «Психологических комментариях» К.-Г. Юнг делает очень примечательную заметку, которая, когда я ознакомился с ней, объяснила ненависть ребенка, мальчика, к гениталиям отца. Помните  об этом я ранее рассказывал? К.-Г. Юнг пишет о конфликте, о своеобразном конфликте: «Итак, «Книга мёртвых» описывает процесс посвящения, цель которого — вернуть душе божественную сущность, утраченную ею с физическим рождением. Для восточной религиозной литературы характерно то, что учение неизменно излагается с самого главного, с основных принципов, которые у нас, как правило, появляются лишь в конце (так, Луций у Апулея обращается с молитвой к Гелиосу только в конце книги). В соответствии с этим, описанное в «Книге мёртвых» посвящение представляет собой ряд ослабевающих пульсаций, завершающийся новым рождением. Единственная разновидность посвящения, которая известна в настоящее время на Западе, — это анализ бессознательного, осуществляемый врачом с психотерапевтическими целями. Такое проникновение в лежащие ниже уровня сознания слои — есть разновидность рациональной майевтики по Сократу: выявление психического содержания в зародыше, пребывающего в подсознании. Первоначально психотерапия была связана с психоанализом Фрейда и сосредоточивалась в основном на сексуальных фантазиях. В «Книге мёртвых» этой области соответствует Сидпа, последняя, низшая область, в которой умерший, не сумевший усвоить смысл поучений двух первых частей книги — «Чигай Бардо» и «Чёнид Бардо», — становится жертвой своих сексуальных, фантазий и прельщается видениями соединяющихся любовных пар. Наконец, одно из материнских чрев улавливает его и вновь рождает в этом мире. Как и следовало ожидать, в действие вступает эдипов комплекс. Если карма умершего такова, что он родится мальчиком, то он влюбится в свою будущую мать и возненавидит отца, и наоборот, будущая девочка почувствует влечение к тому, кто станет её отцом, и отвращение к матери.»

Также К.-Г. Юнг в «Психологических комментариях» пишет и о другом конфликте, который возникает из переживаний самого рождения:  «Европеец проходит эту специфически фрейдистскую область, когда с помощью психоанализа извлекается на свет содержание его бессознательного, но он движется при этом в обратном направлении — от детских сексуальных фантазий к материнскому чреву. В кругах психоаналитиков была высказана гипотеза, что главная психическая травма обусловлена переживаниями в момент рождения; более того, психоанализ пытается восстановить воспоминания о внутриутробном периоде существования.  <…> Как известно, далее чистых гипотез относительно внутриутробного опыта психоанализ не продвинулся; даже пресловутая «травма рождения» обернулась обычным трюизмом вроде того, что «жизнь — это болезнь с неблагоприятным прогнозом, ибо исход её всегда фатален».

Сорок недель ребенок находился в утробе у матери, где были определенные условия жизни: постоянная среда с уменьшенным значением гравитационного отягощения, постоянная температура – чем не рай? И вдруг наступает время рождения. При прохождении по родовым путям в крови у ребенка адреналина столько, что сравнимо с количеством адреналина в крови у взрослого при сердечном приступе. Прохождение по родовым путям – это своеобразный массаж, подготовка к земным условиям жизни, где присутствует гравитационное отягощение Земли, где другая температура, чем было в утробе, где яркий свет, разрушающий мелатонин (окситоцин)... Но рождение это и рубеж, который отделяет внутриутробную жизнь ребенка от жизни в открытой атмосфере в условиях гравитационного отягощения. В нормальных родах у ребенка переживаниями процесса рождения «стирается» из памяти период «райского» внутриутробного развития, чтобы не было психической травмы от жестких, сравнительно с внутриутробным периодом, условий жизни после рождения. Но не все проходит гладко и возникает «травма рождения» и конфликт, который, если к годам пяти не сотрется, может стать агентом влияния на разные жизненные процессы.

Восстановление здоровья при наличии симптомов СДВГ у ребенка задача трудная, иногда архисложная, а иногда и невозможная только методом биодинамического центрирования и требующая лекарственной поддержки.  Самый первый «рубеж», который требуется преодолеть при терапии ребенка с СДВГ – это его гиперактивность. Зафиксировать такого ребенка на кушетке трудно, особенно на первых порах. Затем ребенок становится более усидчивым, спокойным и способным лежать спокойно на кушетке какое-то более-менее длительное время. Поэтому первые процедуры приходится взаимодействовать с маленьким клиентом через технику переноса. И обязательная процедура биодинамических расстановок для коррекции взаимоотношений с информационно-полевыми структурами. Как только биодинамическая расстановка достигает успеха, это сразу же отражается в поведении ребенка – он становится более спокойным, менее импульсивным и более адекватным в поведении. Дальнейшие процедуры направлены на восстановление биомеханических параметров здоровья на разных уровнях.  Обычно терапия ребенка с симптомами СДВГ имеет положительную динамику. Но бывают исключения и причины этому разные, иногда и нелогичные. Как нет однозначной причины возникновению СДВГ, так и нет четкого стандарта терапии. У каждого случая проявления СДВГ свои, исключительно индивидуальные причины, часто лежащие на внелогическом уровне.  Поэтому не логика управляет терапевтом в этом процессе, а сердце, как бы пафосно это не прозвучало.